Мне 31 год, я уже взрослая,  я даже мама шестилетнего мальчика, и все-равно плачу, когда смотрю кино. Почти всегда. Я реву на мелодрамах, что естественно, я реву, когда смотрю комедии.  «Друзья» например. Ясно, что сентиментальность – моя сильнейшая черта. Я училась на социального работника в Днепропетровском университете, и хотя всю жизнь работаю в маркетинге и пиаре, чувство эмпатии всегда у меня было второй натурой, и не погибло от приобретенного цинизма. К чему я?

К теме сиротства и усыновления.  Расскажу вам о своем опыте. Впервые я коснулась этой стороны жизни детей, когда на практику от университета  попала в детский дом. Нужно было отработать неделю, я осталась там на три месяца. Несмотря на то, что каждый из 20 детей в возрасте семи-девяти лет назвал меня мамой, и поначалу было очень эмоционально тяжело. В какой-то момент я поняла, что в жизни этих ребят произошло столько всего,  и мамой для них будет каждая студентка. Мы подружились, я привозила интересные игры, придумывала их на ходу, мы пили чай с конфетами, и было очень тепло.

Потом, уже в Киеве я познакомилась с семьей Валентины Вовк. Она управляет детским домом семейного типа. У Валентины есть свои двое детей и  внучка, и она воспитывает  шесть приемных детей-сирот. Каждый из них со своими ужасными историями  и опытом детства,  каждому нужно внимание.  Мы со своей компанией и партнером провели несколько благотворительных акций, чтобы собрать для них денег.  Но (может быть, гораздо больше денег) нужно другое: «Просто приходите, просто проведите с нами время», – просит Вовк.

Как-то я попала в детскую столичную больницу, и  встретила в ней мальчика лет четырех. Он был совсем один, без мамы. Оказалось, что и две его сестры лежат в соседнем отделении, мама бросила их прямо в больнице, – сбежала. Мы рисовали и разговаривали с ним, чтобы скрасить ему больничные будни.

Спустя год, когда я пришла туда же за консультацией, встретила нового мальчика, которого подобрали на улице. Я никогда не видела таких красных глаз, растертых до синяков, опухших от слез. Я хотела его усыновить, но нашли родную  тетю.

Несколько дней назад меня пригласили в поездку в Черниговский  интернат  для инвалидов детства  с особыми потребностями, многие с диагнозом ДЦП. Мы приехали туда, чтобы просто играть с детьми в футбол, лепить фигурки из марципана, словом просто – играть. Вывод прост: абсолютно всем сиротам, инвалидам,   другим детям с особыми потребностями  чаще всего нужны  как раз не деньги, не сладости и не игрушки. Им нужны люди – мы с вами! Им нужно общение, социализация и тепло наших сердец!

Я не могу сейчас усыновить ребенка, но знаю, что могу прийти в гости к нему в детских дом, центр поддержки, больницу, интернат… и не делать ничего сверхъестественного, я просто – побуду с ним какое-то время: мы можем порисовать, почитать, сходить на прогулку,  покатать на санках, разрисовать стены … И он будет счастлив, и в его сердце окрепнет вера, и постепенно будет исчезать обида. Самое же прекрасное, что я могу прийти к разным детям, и еще  – привезти к ним друзей.